Как столичный литератор Архангельский «благодарную» воронежскую публику поучал и наставлял на путь истинный

К литературным шедеврам он причислил «Жизнеописание Хорька» П. Алешковского, повествование «Зулейха открывает глаза» Г. Яхиной о сложности судьбы татар в 30-е годы, а также «стандартный набор» книг Л. Улицкой, Т. Толстой, Д. Быкова

Новый лекционный сезон в книжном клубе «Петровский» в Воронеже вновь открылся выступлением известного публициста Александра Архангельского. Не раз наше издание обращало внимание на тот факт, какие интересные личности являются лекторами в рамках одного из проектов, реализуемых в книжном клубе «Петровский»: то придет апологет Запада и космополитизма Бронислав Табачников и расскажет о своем взгляде на российскую и американскую Конституции, то тот же Александр Архангельский расскажет об отсутствии традиционных ценностей и приоритете современного искусства над уже устаревшими постановками.

И вот – новое выступление. В этот раз известный ведущий программы «Культурная революция» А. Архангельский рассказал о своем взгляде на новый учебник по литературе. Упомянул он и о том, что сам является составителем подобного учебного пособия для 10-11 классов. Стоит отметить, что вопросы, поднятые А. Архангельским, действительно важны и их следует решать в ближайшее время для консолидации населения и воспитания культурных и образованных граждан. Вместе с тем, предлагаемые им подходы оставляют у вдумчивых посетителей большое количество вопросов. Но обо всем по порядку.

Говорить о создании единого учебника по литературе невозможно?

Ключевым вопросом встречи стало выяснение вопроса – может ли быть написан единый учебник по литературе, каким он должен быть и какие произведения должны быть включены в обязательный компонент.

А. Архангельский, с присущим ему иезуитством и изяществом сразу отметил, что единым на территории всей страны учебник по литературе быть не может. Как минимум по той причине, что существует региональный компонент. Сразу же он не преминул сказать о том, что создание единых учебников по литературе и истории есть не что иное как выстраивание новой идеологии, взамен потерянной коммунистической.

Можно задаться вопросом: а чем плоха государственная идеология, объединяющая население, основанная на общей истории и литературе? Ведь тот же Татарстан продолжает увеличивать количество часов, выделяемых в республике на изучение татарского языка. Или же негативное отношение совета муфтиев России к театрализованному представлению на Красной площади в день города в Москве, посвященное «тёмным мифам об иге Золотой Орды» свидетельствует о том, что общая история страны также находится под вопросом. Стоит ли напоминать о том, что в том же Татарстане в 2013 году члены националистически настроенного движения «Азатлык» всерьез обсуждали возможность празднования «Дня Батыя» и символического «сожжения» русских городов, как в годы нашествия хана Батыя? Не это ли первые «сигналы» для федерального центра, свидетельствующие о серьезных проблемах в сфере этноконфессиональных отношений? Однако эта тема является достаточно дискуссионной и должна рассматриваться в соответствующих ведомствах, активно занимающихся построением солидарного общества.

Но вернёмся к А. Архангельскому. По его мнению, общий учебник по литературе не оставляет пространства для творчества педагогического работника. По его словам, у учителя остается порядка 35% занятий, который он может отдать под изучение дополнительной литературы. Кроме того, А. Архангельский отметил, что создавать список из 380 произведений, обязательных для прочтения школьниками, нет необходимости – ведь каждый учитель знает, что нужно читать «Евгения Онегина», «Преступление и наказание», «Войну и мир» и другие произведения классической литературы. Кроме того, язык всех этих произведений все дальше и дальше от нашего времени, он сложен и непонятен для молодых читателей. (Наверное, на этом месте мог бы возникнуть спонтанный вопрос – раз они такие непонятные и сложные, может и их исключить из программы? Зачем нагружать учащихся подобными сложными литературными творениями прошлого?)

Необходим навигатор в мире современной литературы

Каким же образом предлагает решить складывающееся противоречие столичный гость? По большому счету, в Воронеж он приехал без ответа на этот вопрос. С одной стороны, продолжается активное обсуждение концепции базового учебника по литературе, инициированное спикером Совета Федерации РФ В. Матвиенко и поддержанное главой Государственной Думы С. Нарышкиным. С другой стороны, многие учителя, в том числе и присутствовавшие на встрече с А. Архангельским, опасаются того, что им совершенно не останется времени для изучения литературы из дополнительного списка.

А. Архангельский ставит перед собой и школьными учителями крайне амбициозную задачу – воспитать человека, умеющего читать вдумчиво, осознавая, что «русская литература не про то, что есть идеальные типы, а про то, что жизнь сложна и не бывает людей идеальных» (и Татьяна Ларина не образец для подражания, да и Пьер Безухов в конце романа подумывал об участии в революции, что тоже не делает из него идеального героя, отметил А. Архангельский). Задача эта, безусловно, заслуживает уважения и к ее достижению должны стремиться все педагоги. Но как это сделать – на этот вопрос А. Архангельский не ответил. Уточнил пару-тройку раз, что нужно давать свободу подросткам читать то, что они хотят: хотят про самоубийства – пожалуйста, хотят про межличностные отношения – да вот же книжные полки ломятся от подобного чтива, хотят комиксы – пусть родители сами плюются от такого творчества, но детям покупают, дескать это позволит хоть как-то раскачать читательский интерес и уже после школьники резко перейдут к чтению Достоевского.

Среди вопросов, заданных лектору, был один крайне примечательный. Школьник одного из общеобразовательных учреждений города (мы сознательно не называем его – все желающие могут узнать его точное название из видеозаписи, любезно предоставляемой образовательным проектом в течение пары недель) с тоской в голосе спросил, что же делать ему, такому непонятому и развитому не по годам, если педагоги не обладают достаточными компетенциями для преподавания предмета и просто не могут донести до него суть того или иного произведения. Естественно, вопрос аудиторией книжного клуба был воспринят на «ура»: вот он, самостоятельно мыслящий юноша, глас которого не заткешь и который будет бороться за свои права до последнего. Да и лектор был доволен, что его вопрос вызвал такую бурю эмоций в душе подрастающего поколения. Ответ, однако, был достаточно безлик: «Понимать текст вы можете сами, на том уровне, к которому вы на сегодня готовы. Не бойтесь совершать ошибок». Кроме того, он дал совет – объединяйтесь самостоятельно в читательские клубы, хотя бы по десять человек, и обсуждайте произведения, которые вам интересны, как можете.

Но возникает вопрос: действительно ли всеядное чтение «Котов-воителей» и прочей окололитературы поможет воспитать литературный вкус у школьника? Будет ли он после читать Гончарова или же ему будет проще воспринять какую-нибудь авангардную постановку того же Обломова, благо Воронеж богат на такие театральные эксперименты? Понятно, что словосочетание «клиповое мышление» не слышал только ленивый: и не воспринимает современная молодежь объемные тексты, и не читает совершенно, поэтому необходимо менять подходы и подстраиваться полностью под ее запросы. А там и до видеообзоров литературных произведений один шаг: а что, так информация живо и легко усваивается, знакома молодежи и увеличивает ее интерес к классической литературе.

Но самым интересным, на наш взгляд, был вопрос, касающийся списка современной литературы, обязательной к прочтению. Перечислим лишь некоторые книги, которые упомянул А. Архангельский: П. Алешковский «Жизнеописание Хорька» (про мальчика, которому не повезло родиться некрасивым и которой истово искал бога, но не находил его среди священников, схимников, бабушек, посещающих храмы – все эти персонажи изображены до того гипертрофированно, что невольно задаешься вопросом о годе написания произведения); Г. Яхина «Зулейха открывает глаза» (здесь поднимается тема ГУЛАГа, переселения народов в 30-е годы, сложности судьбы татар в те годы), а также «стандартный набор» книг Л. Улицкой, Т. Толстой, Д. Быкова. Далеко ли школьники уйдут с таким списком литературы? Или же А. Архангельский рекомендовал эти книги все же уже для подготовленного читателя? Вопросов после встречи осталось достаточно: кто, как, в чьих интересах будет их решать – покажет время.